NeformatБлог для всех и ни для кого

Продолжение. Начало ТУТ

Герасимов

На земле моей отчизны завелся паразит
Толстокожий и ушастый индийский трансвестит
По земле моей шагает грязный эмигрант!
Пусть сегодня пострадает сраный элефант!

И на перерез слону летят быстрее пули
Славные сыны России – белые питбули
Убирайся прочь! – кричат, – Жертва эволюции
Иначе на твоих костях запалим революцию!

Нелегальный эмигрант быстро убегает
По улицам бежит стремглав, город покидая
Был проучен паразит русскими бойцами
За свободу и отчизну верными борцами!

Тальков

Листая старую тетрадь известнейшего баснописца
Не устаю его читать, в смысл священнейший вникать
Басни «Ворона и лисица»
И вот уже который раз терзаю раненную душу
Когда читаю тот рассказ, слез не могу сдержать из глаз
Я расскажу тебе, послушай!

По улице ведут слона смывать грехи в святой купели
Но не дремали силы зла и духи черта и козла
Предотвратить это сумели.
Разверзлись с треском небеса и с лаем бросилась оттуда
Потомки дьявольского пса вздымали дыбом волоса
Страшнее самого Иуды!
Облаян был со всех сторон, но шел как мог он к искупленью
Раздался жалостливый стон и пал в бою неравном слон
Пал не дойдя к святой купели…

Листая старую тетрадь, закапанную свечи воском
Я не могу никак понять, что же заставило предать
Слона его подругой Моськой
О, басни дедушки Крылова
России новой возрождение
Вас перечитывает снова
Потерянное поколение

Митяев

А за окошком снова дождик моросит
А мне в купе опять везет с соседом
Мы в тамбуре прокуренном стоим
И ни о чем ведем свою беседу

Я поделиться с другом был готов
Вином и яствами своей скудной авоськи
А он мне рассказал историю о том,
По Петербургу как бродили слон и Моська

Что говорить? Басня стара как мир
Под стук колес, их стон и томный гул
Импровизированный свой закрыв трактир
Я лег, накрылся одеялом да уснул.

И снился мне большой и добрый слон
Шагающий по улочкам Парижа
Я все торопился на перрон
К друзьям которых больше не увижу…

Маяковский

Во – ширина! Высота – во!
Ведут люди неспешно ступающее,
Средь каменных джунглей града сего
Огромное млекопитающее!

Зеваки восторженно рты раззявив,
Платками трут лбы свои потные
Самолюбие тешит слона хозяин
Управляя спокойным животным.

Повсюду почет дорогому слону
Прохожий снимает шапку
Как вдруг с подворотни навстречу ему
Выскакивает мелкая шавка!

Гав-гав! Тяв-тяв! Р-р-р! Р-р-р-р-р!
Не страшна ведь суке кастрация!
Вот-вот уже, кажется, пролает до дыр
Окружающее пространствие!

- Соседка, пасть собачью заткни! -
Наставляет Моську подруга
Хоть Африку всю кверху дном урони
Хватит гавкать уже по кругу.

А Моська в ответ ей брызжет слюной
С пеной у рта доказывает:
- Прослыть я мечтаю суперзвездой
Храбрость свою показывая!

Пригов

По улице, так как-то получилось, вели слона гулять
И все же, как же это так случилось?
Кругом же город, а слона ведут гулять!
Казалось бы, ну слон, ну на прогулку вышел,
Чего же тут теперь переживать?
Я точно так же на прогулку вышел
А там слона ведут по улицам гулять…
И с неба виден всем огромный слон
Из под земли всем виден тот огромный слон
И с юга виден тот огромный слон
И с севера, конечно же заметен он!
И в космосе даются диву космонавты
Еще бы! Ведь на то ведь он и слон!

И вдруг, откуда не возьмись, несется Моська
А следом и хозяин мчит за ней
Тряся полпалкой колбасы в авоське,
Бежит хозяин за собакою своей
- Уймись! – кричат другие ей дворняги
Ведь слон же просто вышел погулять
- Мне все равно я сильная собака
Коль на слона я лаю

Сапфо

Гордой поступью, отбрасывая тень
Щурясь света Зевса ослепляющего
Ведут живого, будто на убой и на смех выставляют
Бедного его…

С улыбками на бледных ликах тешутся
Как будто видят первый и последний раз его
Смеются злые языки над ним! Смирись! Смирись!
Судьбу не образумить…

И гонится за ним предательски крича
Собака злая и кричит «Я сильная, я смелая!»
Гримаса злая и гордыня звуком пронзительным унизила его
Подняв на вид её гордыню

Продажи с кризисом финансовым упали
Но от людей директора слыхали
Проблемы, мол, смешней на свете нет
Лишь стоит применить тут интернет.
И интернетов закупили килограммы
Сидят и ждут, словно небесной манны.
Подальше интернеты ставят и поближе
То их понюхают, то их полижут
Не помогают интернеты всё никак
Тьфу, тупость! – орут директора – И тот дурак,
Кто слушает людских всех врак!
Наврали нам про пользу интернетов,
Которой в самом деле-то и нету.
Директора с досады и печали
От злости с гневом дружно все дрожа,
Все интернеты сбросили с седьмого этажа
К несчастью так бывает у людей,
Которые себя других умней
Считать привыкли с юношеских лет
И в «Одноклассниках» для них и есть весь интернет.

В самолете крупного государственного деятеля раздался телефонный звонок.
- Алё! Алё, Дима, ну где тебя там черти носят и сколько можно еще ждать? Сердце мое постигла осень, устал себя я убеждать, что ты за морем вспоминаешь с большой любовью обо мне, но выть мне хочется с чего-то с волками в стае при луне!
- Вова, да это самое, снова мимо Кенигсберга подъезжаю я к стране, где не любят Гуттенберга и находят вкус в говне.
- А ты выпил русского настою, услыхал ебёну мать?
- Да-да, и как обычно пошли предо мною рожи русские писать.
- Странно… Хмм… Темна твоя дорога странник, полынью пахнет хлеб чужой. Но вечно жалок мне изгнанник, как заключенный как больной!
- Вова, да не в хлебе дело, а в том, что здесь в глухом чаду пожара, остатки юности губя, мы не единого удара не отклонили от себя.
- Конечно не отклонили, но я не рекомендовал бы тебе забывать, что в оценке поздней оправдан будет каждый час, но в мире нет людей бесслёзней, надменнее и проще нас.
Повисла пауза.
- Да, Вова, ты прав. Но как же быть, коли с отрадой многим не знакомой, я вижу полное гумно. Избу, покрытую соломой, с резными ставнями окно…
- Ха!!! А ты в праздник вечером росистым, смотреть до полночи готов на пляску с топаньем и свистом под говор русских мужиков?
- Ну хорошо. Пройдут мои стенания… А что же скажешь предкам ты, когда на склоне мироздания те, словно хищные цветы за ноги с силой оплетая, тебя к ответу призовут, запрут на веки двери рая и в ад насильно понесут?
- Ахахаха!!! Дима, ну ты насмешил. Забыл? Тот ураган прошел. Нас мало уцелело. На перекличке дружбы многих нет. Я вновь вернулся в край осиротелый в котором не был целых восемь лет. И это я! Я гражданин села, которое лишь тем и будет знаменито что здесь когда-то баба родила российского скандального пиита.
- Постой, Володя. Опомнись, чем же ты обижен? Ведь это только новый свет горит другого поколения у хижин. Уже ты стал немного отцветать. Другие юноши поют другие песни, они, пожалуй, будут интересней. Уж не село, а вся земля им мать…
- Дима, угомонись же ты. В краю родном мы будто бы предатели. И как бы небыли все помыслы чисты – прослыли жалкими бумаги мы марателями…
- Ах, Родина, какой я стал смешной. На щеки впалые летит сухой румянец. Язык сограждан стал мне как чужой. В стране своей я будто иностранец.
- Ладно, это все лирика. Ты помни, жду тебя я в Петербурге…
- Я буду вовремя! Дождись меня мой друг…
Государственный деятель откинулся в кресле и попытался уснуть.

Сегодня в почту пришла вот такая картинка.

Все было бы не так ужасно, если бы она не пришла 12 раз.
Было решено использовать указанный телефон по назначению и позвонить со скайпа по нему 12 раз. Как только на другом конце раздается вежливое «Алё!» – трубку можно класть. А может быть стоит поступать так всегда?